
— Что это? — спросил он. Оба агента вскочили.
Корабль быстро снижался, большая черная пуля, неосвещенная, почти невидимая. Уши Коскинена, привыкшие к разреженному воздуху, уловили рев его двигателей.
— Военный! — ахнул Сойер. — Он рванулся к панели управления и включил что-то. Коскинен замер — это уход с курса, установленного Системой контроля. И увеличение дозволенной скорости…
Бронированный корпус корабля завис над каром и начал прижимать его к земле. Снова вокруг замелькали огни дорожного движения. Система контроля пыталась справиться с неожиданным нарушением ее установок.
Сквозь туман в глазах Коскинен видел, что они не справляются — красные и зеленые огни беспорядочно мелькали. Иногда они загорались одновременно.
Но вот ремень безопасности крепко сдавил его живот. Рывок был таким сильным, что он чуть не ударился головой в приборную доску.
— Черт возьми! — крикнул Сойер. — Они использовали для нас систему захвата спутников.
Через потолок кабины Коскинен увидел натянутые струны. Кар накренился. Огни снова остались внизу. Они были в ловушке.
Сойер нажал кнопку связи. Никакого ответа.
— Они блокировали связь, — прохрипел он. Затем он попытался включить двигатели, но все было бесполезно. Сойер выключил двигатель. Нам не разорвать эту сеть. Есть надежда, что копы вмешаются?
— Никакой, — сказал его компаньон сквозь зубы. — Даже зацепив нас этот корабль спокойно уйдет от любого полицейского кара. Но если вмешаются Воздушные Силы, то они смогут перехватить его.
Сквозь скрипы и скрежет Коскинен слышал низкий свист. И вот перед ними открылась черная голубизна неба и солнце над западным горизонтом.
Вероятно они вышли в стратосферу и воздух покидал кабину через неплотно пригнанные стены и двери. По звону в ушах Коскинен догадался, что давление падает.
— Кар, который следил за нами, имел постоянную связь с этим кораблем, а корабль постоянно находился на такой высоте, чтобы служба Континентальной Защиты не засекла его. Вот почему кар так открыто следил за нами. В каре знали, что мы будем делать, когда заметим слежку — полетим наверх — прямо в ловушку. Значит, это китайцы. Никто, кроме них не смог бы разработать такой дьявольский план.
